Так почему ушел Фаустов?

С теми, кто считает, будто после ухода Л.Фаустова с поста главы города его следует «оставить в покое», я не согласен категорически.

Он ведь так и не объяснил, почему именно решил уйти. То, что он уходит «действительно по собственному желанию, это его личное, взвешенное и обдуманное решение», – это констатация, но никак не объяснение. Что именно глубокомысленный наш Леонид Иванович взвешивал и обдумывал, получается, опять не нашего с вами ума дело. Это, вроде как, его личное, нам сюда нос нечего совать…

Извините, он ушел с поста главы города, а не с пикника, на который его пригласили, где он посидел для приличия, а потом имеет право уйти, когда вздумается. Он добровольно взялся руководить городом, он получил поддержку избирателей, он, в конце концов, дал клятву…

«Думаю, вы меня поймете», – это слова, которые имеют смысл, когда есть что понимать. Они должны сопровождаться объяснениями.

Но поскольку объяснений нет, приходится строить версии. А на что вы надеялись, Леонид Иванович? Это непреложный закон общественных коммуникаций. Я вам объяснял в свое время, но вы отказывались внимать: если достоверной информации не хватает, всегда и непременно возникают слухи, домыслы, версии. Так что либо терпите, либо объясните, что мы, граждане города, перед которыми вы в процессе инаугурации клялись, обязаны понимать. Как инаугурация, так торжественно и пышно. Как снимать с себя обязательства, так исключительно перед тщательно отобранным кругом лиц, по-тихому. Даже любимое в убогом современном состоянии телевидение мало что показало. Глава города уходит в отставку, а оно — по сути происшедшего — только мимоходом и общие фразы. Поэтому и любимо?

Итак, версии.

Информация — именно информация, а не слухи – о том, что Фаустов предпринимает некие попытки уйти в отставку, стала поступать из областного центра задолго до самого его ухода.

Меня, например, первое известие об этом застало в Орле где-то в середине февраля. Нас было трое, пришел четвертый и, увидев «ливенского», поделился только что полученной, но абсолютно достоверной, из проверенных источников, «инфой».

Тут же у кого-то возникло обычное в такой ситуации — за полгода до выборов – предположение: неужели «органы» за него, наконец, взялись всерьез?

Мне в это пока не верилось: не созрел еще «плод». И я сделал другое предположение: скорее всего, кто-то требует от Фаустова какого-то шага, какой-то очередной подлости, на которую Леонид Иванович идти все-таки отказывается. У каждого есть некий предел, которого он может достичь решительными шагами, полагая, что «цель оправдывает средства», но перешагнуть черту — это представляется неприемлемым. Попытка объявить отставку как раз и могла выглядеть, как «последний довод» в каком-то опять таинственном для горожан , но принципиальном противостоянии. Дескать, «не заставляйте меня это делать, я лучше уйду, чем своими руками совершу такое».

К сожалению, дальнейшие события стали подтверждать мою версию. То отставка Фаустова в области, якобы, не принималась, то была все-таки принята. И даже возникла на время кандидатура преемника — с одной стороны, абсолютно неожиданная, явно непродуктивная с точки зрения интересов городского хозяйства, а с другой, с конъюнктурной, вполне себе обоснованная…

На фоне таких некомфортных для ливенского «истеблишмента» перспектив внутреннее давление на Фаустова усилилось: «Не торопись, Леонид Иванович, погоди, дай время переварить, «подготовить меры противодействия», подстелить соломку…

В итоге депутаты, которых уже предупредили, что 30 марта им предстоит официально рассмотреть отставку городского главы, вдруг стали сигнализировать, что получен «отбой», дескать Фаустов передумал уходить. Может, временно передумал, а, может, и вовсе…

Но 29 марта, когда он приехал в областной центр, чтобы сообщить о намерении еще поработать, ему, рассказывают, ответили несколько в ином духе: «Вы просили, мы с Вами согласились…»

И 30 марта отставка Фаустова, как известно, официально состоялась.

Так что легенду о «личных» мотивах ухода Леонид Иванович пусть оставит для родственников. Мол, мотивы эти взвешены и обдуманы, однако носили сильно колебательный характер, а колебания на корню прекратили в кабинете первого зама губернатора области.

Хуже всего, что стала вырисовываться и причина разногласий нашего теперь уже экс-главы города с областным руководством. Похоже, что «яблоко раздора» – наш «Водоканал», намерения перевести эту сугубо муниципальную организацию в областное управление. Если это действительно так, то молчаливая, пусть даже протестная отставка Фаустова с точки зрения порядочности не много ценнее, чем непосредственное участие в осуществлении такого перевода. В конце концов, городу не так важно, человек с какой именно фамилией «своими руками» осуществит передачу. Главное — что сама по себе она ни к чему хорошему не приведет.

Впрочем, эта весьма тревожная тема стоит того, чтобы о ней поговорить отдельно. Постараюсь долго не тянуть.